+7 495 514 02 76

Москва и Московская область

 

+7 495 9 955 955

Многоканальный телефон для Москвы и МО

Понятие «валютное правонарушение» в российской юридической науке -

Дата: 01.08.2011    Автор: А.В. Емелин

Емелин А.В.,
к.ю.н., старший научный сотрудник
Института государства и права РАН
Понятие «валютное правонарушение»
в российской юридической науке

На современном этапе развития российской экономики, в условиях доминирования экспортно-ориентированных добывающих отраслей чрезвычайную важность представляют вопросы правового регулирования отношений, связанных с использованием резидентами иностранной валюты во внешнеэкономической деятельности.

Несмотря на то, что основы российского валютного законодательства были сформированы более 10 лет назад, до настоящего времени так и не удалось создать эффективную и действенную систему обеспечения исполнения нормативных правовых актов в сфере валютного регулирования и валютного контроля. Во многом этому способствовало отсутствие теоретических разработок в области ответственности за валютные правонарушения и, как следствие, сложности при применении санкций за их совершение.

В настоящее время валютное право представляет собой совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения, возникающие по поводу или в связи с использованием валютных ценностей, а также в связи с использованием валюты Российской Федерации при расчетах между резидентами и нерезидентами[1].

Соблюдение норм валютного права обеспечивается возможностью применения мер юридической ответственности в отношении лиц, совершивших валютные правонарушения.

К сожалению, Закон Российской Федерации от 9 октября 1992 г. №3615-1 «О валютном регулировании и валютном контроле»[2] не содержит дефиниции валютного правонарушения и даже не определяет являются ли нарушения валютного законодательства самостоятельным видом правонарушений или представляют собой совокупность специальных подвидов «традиционных» видов правонарушений - уголовных, административных и т.д.

В данном положении представляется возможным сформулировать следующие основные возможные подходы к проблеме юридической природы валютных правонарушений в зависимости от решения вопроса о месте валютного права в системе права.

Первый подход заключается в признании валютных правонарушений самостоятельным видом правонарушений, заключающимся в нарушении норм валютного права[3]. Данная позиция является логическим следствием квалификации валютного права как самостоятельной комплексной отрасли права. Очевидно, однако, что принятие этой концепции не избавит нас от необходимости учитывать, что за различные виды валютных правонарушений законодательством предусматриваются меры ответственности различной отраслевой природы. В итоге, мы будем вынуждены констатировать, что совершение валютного правонарушения может влечь применение различных видов ответственности, что ставит под сомнение квалификацию валютных правонарушений как самостоятельного вида правонарушений.

Второй подход, имеющий две модели, основывается на признании валютных правонарушений разновидностью одного из отраслевых видов правонарушений: финансовых или административных. Сторонники первой модели, полагающие, что валютные правонарушения являются разновидностью финансовых правонарушений как самостоятельного вида правонарушений[4], упускают из вида тот факт, что доля валютных правонарушений, посягающих на общественные отношения, регулируемые финансовым правом, несравнимо меньше, чем, например, посягающих на объект правового регулирования административного права. Однако нельзя признать полностью корректной и позицию их оппонентов, считающих, что нарушения валютного законодательства, даже если их признать разновидностью финансовых правонарушений, имеют административно-правовую природу. Ведь, например, в уголовном праве также установлены санкции непосредственно за нарушение норм валютного права (например, ст.193 УК РФ). В то же время согласно п.1 ст.1 КоАП РФ законодательство об административных правонарушениях состоит исключительно из КоАП РФ и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях. Таким образом, правонарушения, ответственность за совершение которых установлена иными законами, помимо вышеуказанных, по определению не могут считаться административными. Эта позиция четко выражена в п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 января 2003 г. № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»[5] согласно которому после 30 июня 2002 г. в отношении тех нарушений валютного законодательства, ответственность за которые не установлена статьями 15.25 и 16.17 КоАП РФ, подлежит применению непосредственно п.3 ст.14 Закона Российской Федерации «О валютном регулировании и валютном контроле».

В целом очевидно, что использование данного подхода ведет к игнорированию сложной комплексной природы валютных правоотношений и, как следствие, валютных правонарушений. Интересно отметить, в ходе рассуждений его апологеты вынужденно приходят к необходимости выделения общих черт валютных правонарушений[6].

Согласно третьему подходу, более точно было бы говорить не о валютных правонарушениях как особом виде правонарушений, а о совокупности нарушений валютного законодательства, представляющих собой лишь разновидности нарушений норм, относящихся к различным отраслям права, что требует соответствующим образом дифференцировать их на отраслевые подвиды[7]. Как следствие, валютные правонарушения представляются в качестве искусственного конгломерата, лишь фактически, но не юридически, объединяющего правонарушения различных видов на основе сходства объекта посягательства. Это, в свою очередь, приводит к неточному с точки зрения теории права определению валютного правонарушения как «нарушения норм валютного законодательства»[8].


Вернуться к списку книг

Периодические издания

Юридические услуги

Яндекс.Метрика

Поделиться ссылкой на выделенное