+7 495 9 955 955

Многоканальный телефон для Москвы и МО

Выражение законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации недоверия должностным лицам исполнительной власти субъекта Российской Федерации: проблемы правового регулирования.

Дата: 06.10.2011    Автор: Ю.Н. Усенко

Важнейшим и неотъемлемым условием успешного осуществления реформы государственной власти является совершенствование института юридической ответственности органов государственной власти и их должностных лиц. Для России, переживающей в настоящее время бурное государственное строительство, эта проблема приобретает особую актуальность. В данной работе предпринята попытка рассмотрения одного из самых острых и дискуссионных вопросов конституционно-правовой ответственности: выражение законодательным органом государственной власти субъекта РФ недоверия должностным лицам исполнительной власти субъекта РФ.

 

Следует отметить, что в юридической литературе вопрос о природе данного института решается неоднозначно. Так, по мнению ряда исследователей, выражение недоверия высшему исполнительному органу государственной власти субъекта Российской Федерации, а также его членам, является «одной из форм парламентского контроля»[1]. В то же время существует и другая точка зрения, согласно которой парламентская ответственность рассматривается не как форма парламентского контроля, а как его следствие[2]. Серьезные основания имеет под собой и мнение тех ученых, которые считают выражение недоверия формой не юридической, а политической ответственности[3]. Отмечается, в частности, что несмотря на то, что оба вида ответственности закрепляются нормами конституционного права, в отношении их предусматриваются юридические процедуры осуществления, сформулировать единое понятие в данном случае нельзя, так как юридическая и политическая ответственности имеют различную природу, основания, цели, порядок осуществления. Вместе с тем, в отношении института выражения недоверия, данные выводы представляются не совсем обоснованными. Безусловно, данная мера, в значительной степени, носит политический характер, но как всякое политическое действие, касающееся полномочий органов государственной власти и способное повлечь юридические последствия, она реализуется только в правовом поле; иначе говоря, без законодательного закрепления и регулирования она рассматривалась бы лишь как политологическая категория эмоционального характера.

 

Во-вторых, в соответствие с российским законодательством в основании выражения выражение недоверия высшему исполнительному органу государственной власти субъекта Российской Федерации должны лежать, не политическая целесообразность, а факты совершения данным субъектом конституционных правонарушений (деликтов), а именно:

– издания им актов, противоречащих Конституции Российской Федерации, федеральным законам, конституции (уставу) и законам субъекта Российской Федерации, если такие противоречия установлены соответствующим судом, а высшее должностное лицо субъекта Российской Федерации (руководитель высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) не устранит указанные противоречия в течение месяца со дня вступления в силу судебного решения;

– установленного соответствующим судом иного грубого нарушения Конституции Российской Федерации, федеральных законов, указов Президента Российской Федерации, постановлений Правительства Российской Федерации, конституции (устава) и законов субъекта Российской Федерации, если это повлекло за собой массовое нарушение прав и свобод граждан;

– ненадлежащего исполнения высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) своих обязанностей.

 

В-третьих, выражение недоверия подразумевает негативную оценку деятельности государственных органов или должностных лиц и влечет за собой конкретные юридические последствия (например, отставку должностного лица).

 

С учетом приведенных аргументов, можно сделать вывод, что выражение недоверия, в данном случае, является формой юридической ответственности и имеет характер конституционно-правовой санкции[4].

 

С проведением административной реформы исполнительных органов государственной власти субъектов РФ связывались и связываются определенные ожидания в области совершенствования юридической ответственности данных субъектов. Вместе с тем, с введением в действие судьбоносных изменений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», предусматривающих новый порядок вступления в должность высших должностных лиц субъектов Федерации, институт выражения недоверия не получил должной определенности. Так, по ранее действовавшему законодательству право законодательного органа власти субъекта РФ выражать недоверие высшему должностному лицу субъекта Федерации являлось одним из наиболее «сильных» полномочий этого органа, так как принятие данного решения влекло за собой немедленную отставку не только самого этого должностного лица, но также и возглавляемого им высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации. Новый же федеральный закон, существенным образом, снижает уровень ответственности руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации перед законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта Российской Федерации. За региональными законодательными собраниями сохраняется право выразить недоверие высшему должностному лицу субъекта Российской Федерации. Но из этого не будет, как прежде, вытекать немедленная отставка главы региона: депутаты будут вправе только сообщить об этом факте Президенту РФ, который может пойти им навстречу и отрешить от должности своего выдвиженца, а может всего лишь принять информацию к сведению. В результате получается парадоксальная ситуация: законодательный орган субъекта РФ принимает решение о наделении соответствующими полномочиями руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта федерации, и, в то же время, он лишен реальных механизмов самостоятельного принятия решения об юридической ответственности утверждаемого в должности лица. При отрешении же высшего должностного лица субъекта РФ Президентом РФ мнение законодательного органа также может, никоим образом, не учитываться.

 


Вернуться к списку книг

Периодические издания

Юридические услуги

Яндекс.Метрика

Поделиться ссылкой на выделенное