+7 495 514 02 76

Москва и Московская область

 

+7 495 9 955 955

Многоканальный телефон для Москвы и МО

Институт давности как способ управления социальным временем с помощью нормы права: анализ особенностей российской правовой системы - Е.Ю. Догадайло

Дата: 10.10.2011    Автор: Е.Ю. Догадайло

Одним из способов управления социальным временем в процессе осуществления регулирования общественных отношений с помощью нормы права является такой юридический институт современного российского права как давность.

 

Поскольку современное состояние любого правового института является результатом его исторического развития, то представляется интересным вначале проанализировать его исторический путь формирования. Это позволит судить о том, насколько удачно сконструирован данный институт в современном российском законодательстве.

 

Следует отметить, что институт давности имеет многовековую историю существования в правовых системах. Возникновение нормативного регулирования сроков давности связано с древнейшими римскими законами, оказавшими, как известно, серьезное влияние на развитие правовой мысли в государствах континентальной системы права. Рецепция римских правовых институтов, особенно в сфере частного права, в значительной степени обусловила процесс развития юридических норм о давности и в отечественном законодательстве. Однотипность регулирования порядка исчисления и применения сроков давности в российском праве прослеживаются в разные периоды развития российской правовой системы.

 

Представляется важным, что генезис института давности обусловлен заложенным в римском праве делением права на частное и публичное. Однако, не смотря то, что общественные отношения, регулируемые нормой права при этом одинаковые – установление сроков (т.е. фиксирование юридически значимых отрезков времени), их понимание в нормах каждой из этих частей права до сих пор отличается существенными особенностями. Исходя из этого, историческое развитие института давности имеет смысл проследить отдельно для частного и публичного права.

 

По общей для римского и отечественного права закономерности, нормативное регулирование давностных сроков начинается значительно раньше я в сфере гражданских правоотношений, нежели публичного права.

 

Наиболее древним видом давностных сроков является приобретальная давность. В ius civile приобретательная давность (usucapio) признавалась еще в эпоху XII таблиц. Сроки владения в то время были установлены очень короткие (для земельных участков – 2 года, для остальных вещей – 1 год); а условия приобретения были простые: кроме факта владения требовалось только, чтобы вещь не была украдена.

 

Позднее, поскольку политическое и территориальное устройство римской республики значительно поменялось, Usucapio не могла быть применима к провинциальным владениям, поскольку отдаленность и малонаселенность провинций не позволяли допущения столь короткого срока давности. Поэтому в провинциальном эдикте появился другой вид института давности - longi temporis praescriptio[1]. Эти давностные сроки были более продолжительны: 10 лет, если приобретающий по давности и то лицо, которому в связи с давностным владением угрожает утрата права, живут в одной провинции (inter presentes), и 20 лет, если эти два лица живут в разных провинциях (inter absentes).

 

В литературе можно встретить различные подходы к пониманию сущности praescriptio. В частности, И.Б. Новицкий рассматривает praescriptio в качестве срока приобретательной давности, как один из способов приобретения права собственности[2]. По его мнению, отличие этих сроков от usucapio состояло в распространении действия давности по субъекту – на перигринов, а по объекту – на провинциальные земли. Другие же исследователи, не отрицая указанного факта расширения сферы применения института давности, подчеркивают именно правопрекращающее свойство praescriptio, которое, по их мнению, служило ограничением существовавшего в римском праве rei vindication (права виндикации), и означало exeptio, т.е. возражение против иска на том основании, что он предъявлен по прошествии длительного периода времени[3].

 

Впоследствии, в 528 г. Юстиниан объединил оба этих вида давностных срока (usucapio и longi temporis praescriptio): давностное владение должно было продолжаться в течение 1-го или 3-х лет (для движимых вещей) и 10 или 20 лет (для недвижимых вещей), смотря по тому, жили ли владелец и собственник в одной, или же разных провинциях. Полными условиями данной приобретательной давности были:

–    юридическое владение от собственного имени (posessio);

–    добросовестное владение, то есть убеждение в наличии у отчуждателя права или незнание об отсутствии у него такого права (bona fides);

–    законное основание владения (Justus titulus), которое могло бы привести к приобретению права собственности, например, купля-продажа вещи, судебное решение и т.п.;

–    годность вещи для приобретения (res habilis); вещи не могущие
служить предметом оборота не могут быть приобретены и по давности;

–    истечение известного срока (temporis);

 

Эти условия, которые практически в неизменном объеме отражены в ст. 234 ГК РФ, содержались в известном мнемоническом стихе: res habilis, titulus, fides, posessio, temporis.

 


Вернуться к списку книг

Периодические издания

Юридические услуги

Яндекс.Метрика

Поделиться ссылкой на выделенное