+7 495 9 955 955

Многоканальный телефон для Москвы и МО

Психологическая концепция классового права М.А.Рейснера и ее значение для современного правопонимания - Ф.И. Тихоновский

Дата: 07.11.2011    Автор: Ф.И. Тихоновский

Все возрастающий интерес к истории советской юридической науки – закономерный процесс. Развертывание научно-исследовательской работы в данном направлении предполагает установление теоретических основ советского правотворчества и познание общих закономерностей советского права.

 

В советской науке общей теории права 20-х гг. центральной оставалась проблема классовости права. Представления о классовом праве, включая и классовое пролетарское право, с позиций психологической теории права развивал М.А. Рейснер.

 

Еще до революции он начал, а затем продолжил классовую интерпретацию и переработку ряда идей таких представителей психологической школы права, как Л. Кнапп и Л.И. Петражицкий.

 

Учение Петражицкого Рейснер обработал, поставив его на марксистское основание, в результате чего «получилось не интуитивное право вообще, которое может там и здесь давать индивидуальные формы, приспособленные к известным общественным условиям, а самое настоящее классовое право, которое в виде права интуитивного вырабатывалось вне каких бы то ни было официальных рамок в рядах угнетенной и эксплуатируемой массы»[1].

 

Рейснер считал, что каждый общественный класс, как господствующий, так и угнетенный, в соответствии с положениями данного класса в обществе и его психикой творит свое реально существующее интуитивное классовое право. Таким образом, при капитализме, помимо собственно буржуазного права, существует также пролетарское право и крестьянское право. Следовательно, по Рейснеру, эксплуатируемые массы изначально обладают собственным классовым интуитивным правом, которое ляжет в основу их будущего господства.

 

Право, по Рейснеру, возникает в бесклассовом обществе как регулятор междуродовых отношений. При этом, наряду с правом родов существует также и некое «общее право». В классовом обществе каждый класс или сословие имеет свое право. Такие системы М.А. Рейснер обнаружил уже в феодальном обществе, когда «каждый отдельный класс, а подчас его группировки создали свое собственное право, в котором выразился классовый интерес»[2]. Рейснер выделяет право крупных феодалов, мелкого дворянства, крестьянства, рабочих, учеников и подмастерьев. В буржуазном обществе, наряду с буржуазным правом, он усматривает наличие пролетарского права и после освобождения крестьян от крепостной зависимости – крестьянского права. В результате взаимодействия классовых систем права образуется «общее право» или «правопорядок».

 

Общими признаками всех типов права, согласно Рейснеру, является, во-первых, связь права с хозяйством (где нет хозяйства, нет и права) и, во-вторых, идеологичность права. По мнению Рейснера, право есть продукт хозяйственных, а в частности производственных отношений, при этом, каждый класс строит свое право на основе своего положения в производстве и обмене, а общий правопорядок отражает на себе черты той формы производства, которая в свою очередь определяет классовый порядок.

 

Идеологичность права, по Рейснеру, состоит в том, что правовая идеология отражает действительность через равенство и неравенство и построенную на этом основании справедливость. Отсюда и определение права как идеологии, которая опирается на понятие правды, справедливости и равенства в распределении между людьми и вещами.

 

Интуитивное право каждого класса Рейснер называет субъективным правом этого класса. Такому субъективному праву противостоит право объективное, общее, которое устанавливается не одной стороной, а всеми классами путем определенного компромисса между ними.

 

Таким образом, классовость права в понимании Рейснера предполагает наличие правового элемента в межклассовой борьбе, существование особого субъективного классового права и, наконец, своеобразный компромисс этих субъективных классовых прав. В результате классовой борьбы одно из субъективных прав ложится в основу некоторого общего правопорядка, в котором классовое право господствующего класса занимает доминирующее положение.

 

Уже при капитализме, согласно теории Рейснера, имеется и фактически действует субъективное пролетарское право. Во время революции и гражданской войны между враждующими сторонами не было правового компромисса, общего правопорядка. После гражданской войны и перехода к нэпу складывается компромисс между победившим классом и побежденным классом и восстанавливаются некоторые институты классового права побежденного класса в качестве составной части общего советского правопорядка.

 

В первые годы советской власти, по оценке Рейснера, экономическая деятельность, политическая и административная работа явно преобладали над правовым регулированием. Планы мероприятий тех лет устанавливались почти исключительно на основе целесообразности, а не справедливости и правовой формы. В наиболее чистом виде правовая система пролетариата нашла свое воплощение, по оценке Рейснера, в кодексе труда 1918 г., полностью соответствовавшем требованию Конституции РСФСР 1918 г.: «Нетрудящийся да не ест». В годы военного коммунизма все неработающие, уклоняющиеся от труда совпадают с понятием буржуа и как дезертиры труда подлежат суровым репрессиям. Оправдывая этот строй пролетарского насильственного трудового порядка, Рейснер верно отмечает принципиальное соответствие военного коммунизма положениям Маркса и Ленина о пролетарском коммунизме.

«Военный коммунизм, - подчеркивает он, - есть, таким образом, вместе с тем и пролетарский коммунизм»[3]. Рейснер делает вывод о том, что социалистическое право рабочего класса – это не право, а нечто совсем другое (приказные нормы диктатуры пролетариата и правящей коммунистической партии, требования партийно-политической целесообразности и т.д.).


Вернуться к списку книг

Периодические издания

Юридические услуги

Яндекс.Метрика

Поделиться ссылкой на выделенное