+7 495 9 955 955

Многоканальный телефон для Москвы и МО

Публичный интерес в избирательном праве и процессе - Р.Ю. Горлачев

Дата: 16.09.2011    Автор: Р.Ю. Горлачев

   Правовое регулирование избирательных правоотношений должно осуществляться в рамках публичного права, так как воплощение институтов демократии в России создает условия для реализации народных интересов, но при этом не должны нарушаться интересы общества и государства, следовательно, правовое регулирование вышеуказанных отношений, является предметом публичного права. В связи с этим, считаем необходимым определить критерии деления права на частное и публичное. В силу того, что на современном этапе не выработана единая методологическая база деления права на частное и публичное, имеют место различные подходы деления права, считаем целесообразным провести анализ этих подходов и методами научного анализа, определить из них наиболее приемлемый для современной правовой системы России.

   Деление права на публичное и частное нашло свое отражение, как писал, Тит Ливий (159 г. до н.э. – 17 г.н.э.) в законах XII таблиц, которые он признал источником всего публичного и частного права[1]. Для публичного права был характерен принцип: ius publicum privatorum pactis mutari nan potest, т.е., нормы публичного права не могут изменяться соглашением отдельных лиц[2]. Впервые теоретическое обоснование разделения права на публичное и частное дал Ульпиан. Критерием разграничения публичного и частного права Ульпиан определил интерес. Для частного права преимущественное значение имеют интересы отдельных лиц, их правовое положение и имущественные отношения. Для публичного главным являются государственные интересы, правовое положение государства, его органов и должностных лиц, регулирование отношений, имеющих ярко выраженный общественный интерес[3]. Необходимо сказать, что критерий разграничения публичного и частного права, предложенный Ульпианом, и сегодня имеет значение, в особенности, это касается публичного интереса, содержательная сторона которого претерпела существенные изменения. В частности, данный подход при рассмотрении проблем конституционно-правовых гарантий непосредственной демократии позволит обосновать их сущность.

   До XIX в. четкого деления права на публичное и частное в русском праве не было выражено. В дореволюционной России интерес к проблеме соотношения частного и публичного права появился лишь в XIX в. в силу возрастающего внимания прогрессивной общественности к идеям конституционного строя[4]. В течение длительного времени юриспруденция ограничивалась определением, данным еще римскими юристами: публичное право – то, которое имеет в виду интересы государства как целого, а частное право – то, которое имеет в виду интересы индивидуума как такового[5].

  Известный юрист Г.Ф. Шершеневич дал обстоятельный анализ разных подходов к разделению права на частное и публичное. Им высказывались взгляды об оправданности деления права на частное, публичное и международное по степени убывающей защищенности[6]. Другие его коллеги, признавая наличие государственного, международного и церковного права, из первого выводили частное и публичное.

   Г.Ф. Шершеневич писал: «Л. Дюги возражал против резкого разграничения права на публичное и частное, а Остин вообще был против такого деления. Дюрингейм выделял критерий в различии санкций, Еллинек - в способах действия субъекта права, Петражицкий - в функциях указанных видов права и системах их правовой мотивации, Кавелин - в иной композиции актов и норм»[7]. Далее он делает вывод: во всех подходах различие между публичным и частным правом проводится либо по содержанию регулируемых отношений - это материальный фактор, либо по порядку их защиты - это формальный момент. Г.Ф. Шершеневич отстаивал разделение права на частное и публичное с материальной позиции, т.е. в зависимости от того, частный или публичный интерес защищает право. «Противоположение личности и общества, частной жизни и общественной деятельности, частных и общественных интересов, положения частного лица и представителя власти сознается более или менее ясно всеми и каждым... Противоположение общественного и частного лежит в основе всей современной экономической организации общества... Такое противоположение частного и общественного не могло быть игнорируемо правом и потому этому чрезвычайно важному бытовому явлению соответствует основное разделение права на гражданское и публичное»[8].

   Настаивая на том, что различие между публичным и частным правом может быть построено с точки зрения материального момента только на различии отношений, но не норм, он подчеркивал, что характер отношений определяет характер регулирующих норм. Всякую иную постановку вопроса ученый считал несостоятельной и бессмысленной[9].

  Идей о разграничении частного и публичного права кроме сторонников позиции материальных критериев в России также поддерживали приверженцы формально-юридических критериев, которые разделились на два различных направления.

  В основу первого направления легло различное положение субъектов юридического отношения, то есть, принадлежат ли данные права человеку как обособленной личности или как члену организованного сообщества. Этот подход сформировался под влиянием школы естественного права, сторонники которого утверждали, что права, которые естественным образом появились до образования государства (общества), являются частными. Естественное право продолжает действовать в государстве и пополняется определенными постановлениями, касающимися функционирования государства, этот «новый придаток» и есть публичное право[10].

  Позиция приверженцев второго направления (К.И. Малышева, Б.Б. Черепахин и др.) заключалась в том, как проявляется инициатива защиты права от нарушений, то есть, не что охраняется, а как охраняется. Формальная теория (формальный подход), по мнению многих авторов, страдал настолько существенными недостатками, что не могла быть принята.


Вернуться к списку книг

Периодические издания

Юридические услуги

Яндекс.Метрика

Поделиться ссылкой на выделенное