В.З. Карданов,
доктор экономических наук
ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ СТРУКТУРЫ
РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ
Промышленная политика, предполагающая нацеленное влияние на определенные группы субъектов рынка (предприятия, отдельные виды производства или целые отрасли, либо регионы), остается и в России в целом, и в отдельных ее регионах неэффективной. Ее действие как бы вертикального характера: осуществляясь из центра по ступеням народнохозяйственной иерархии вплоть до первичного звена производства (предприятия), она в этом смысле имеет преимущественно микроэкономический характер.
В подобного рода политике должна более отчетливо проявляться регулирующая и управленческая деятельность государства, его интервенционизм в отношении реального сектора. Вместе с тем, селективная поддержка индустрии становится наиболее эффективной (а ее фактический итог - максимально соответствующим целевым намерениям субъектов промышленной, в том числе региональной, политики), если только в максимально возможной мере выполнены общесистемные требования к формированию макроэкономической, инфраструктурной и правовой среды деятельности субъектов рынка. Если же эти требования игнорируются, попытки проведения промышленной политики дают сбои и подчас вызывают непредвиденные результаты, оставаясь эпизодами, не получающими логического распространения.
Например, государственная финансовая поддержка тех или иных звеньев промышленности, оказываемая в условиях нерешенности реструктуризации неплатежей, долгов и инфляционной проблемы, обесценивается. Как показал российский опыт, особенно в регионах, этот курс оказывается малорезультативным также и из-за несвоевременности и недостаточности предоставления кредитов для перерабатывающих предприятий легкой промышленности под сезонную заготовку сельскохозяйственного сырья.
Заинтересованность региональных органов власти в формировании региональной промышленной политики должна быть обеспечена наличием у них достаточных прав и возможностей по созданию условий для ее формирования и реализации. Они утверждают и исполняют региональный бюджет, вводят региональные (республиканские) налоги и сборы, управляют региональной (республиканской) собственностью. Региональные (республиканские) органы власти устанавливают условия использования местных земель. Создают республиканские предприятия, организации, банки, выпускают ценные бумаги, регулируют предпринимательство, цены и тарифы, занятость, решают социальные проблемы людей. Прогнозируют и планируют развитие территории, распоряжаются материально-сырьевыми ресурсами, накопленным научно-производственным потенциалом, квалифицированными кадрами, решают другие проблемы.
За годы реформ различия регионов по уровню социально-экономического развития значительно усилились. При этом увеличился не только разрыв между традиционно высокоразвитыми в промышленном отношении регионами и менее развитыми. В число регионов с тяжелой социально-экономической ситуацией вошел ряд субъектов Российской Федерации, имевших ранее высокий уровень развития индустрии и жизни населения. Это стало следствием отсутствия четкого конституционно-правового разграничения компетенции и ответственности между органами государственной власти Российской Федерации, субъектов Федерации и органами местного самоуправления по вопросам собственности, а также по принятия ошибочных управленческих решений, прежде всего в области эксплуатации природных ресурсов, внешнеэкономической деятельности и других; отсутствия правовых основ и практики взаимодействия федеральных органов власти с субъектами Российской Федерации по поводу хозяйствующих субъектов; финансовой самостоятельности регионов на основе принципов бюджетного федерализма; увеличения межрегиональных различий в уровнях социально-экономического развития; неэффективной поддержки районов экологического бедствия, зон со сложными демографическими и миграционными проблемами, развития отсталых регионов; неиспользования преимуществ территориального разделения труда, формирование общероссийского и региональных рынков с учетом исторически сложившейся специализации, ее развития и принимаемых мер по государственному регулированию транспортных тарифов; необеспечение единства экономического пространства и свободы перемещения товаров, капитала и рабочей силы на всей территории Российской Федерации.
Усиление экономической и финансовой самостоятельности регионов не только не исключает, но и предполагает со стороны федеральных органов исполнительной власти организацию более строгого контроля за расходованием поступающих в регионы средств федерального бюджета.
Функционирование системы оказания финансовой помощи субъектам Российской Федерации по социально-экономическому развитию должно быть нацелено на последовательное создание условий реализации во всех регионах установленных Конституцией Российской Федерации и федеральным законодательством социальных гарантий (через совершенствование методики расчета трансфертов, повышение уровня обеспеченности социальной инфраструктурой и др.
В новых условиях хозяйствования возникают иные требования к системе прогнозирования, планирования, управления и формам организации производительных сил как в стране в целом, так и в отдельных регионах. Самостоятельными объектами государственного регулирования в области реализации региональной политики признаются проблемные регионы - территории, кардинальные задачи социально-экономического развития которых не могут быть решены традиционными методами хозяйствования без активного прямого и косвенного участия государства.
Государственное регулирование и поддержку регионального промышленного развития следует понимать как специально организуемые системные действия по обеспечению устойчивого и сбалансированного функционирования региональных систем, имеющие главным целевым ориентиром улучшение качества и повышение уровня жизни населения. Такие действия могут осуществляться и локально (местными сообществами) в форме самоуправления, и регионально (органами, представляющими интересы крупных территориальных единиц), и общегосударственно (в масштабах всей страны). Соответственно меняются объект и субъект регулирования, но идеологические доминанты на всех уровнях остаются прежними: социализация, устойчивость, сбалансированность.
Важнейшими направлениями налоговой политики по стимулированию развития производства должны стать: сокращение количества налогов, снижение уровня ставки изымания, придание налогам стимулирующего характера, упорядочение системы налоговых льгот.
Основными механизмами регулирования финансово-кредитной системы должны стать: снижение процентных ставок банковских кредитов, которые в данное время для многих предприятий остаются недоступными, а также государственное регулирование тарифов и цен естественных монополий.
В условиях проводившейся жесткой в отношении производства финансово-кредитной политики, кризиса неплатежей основную часть ресурсов, если не всю, предприятия вынужденно используют на финансирование текущих нужд действующего производства. Инвестиционная сфера из-за высокого риска долгосрочных вложений остается малопривлекательной для отечественного частного и банковского капитала, иностранных инвесторов, а также населения, имеющего свободные средства.
На начальном этапе осуществления мероприятий по стабилизации и укреплению промышленности необходима прямая государственная поддержка. Поэтому нужна работа по созданию региональных фондов поддержки и развития промышленности. Согласно концепции промышленной политики России расходы на развитие производства, промышленности должны составлять не менее 30-40 % от всех государственных инвестиций или 0,9-1,4 % ВВП.
Для проведения промышленной политики также необходим значительный приток высокоэффективных вложений частных инвесторов, крупного корпоративного, банковского капитала, иностранных инвесторов, сумевших наиболее успешно адаптироваться к условиям рынка и способных обеспечить высокую отдачу от инвестируемого капитала, рост реальных доходов и накоплений промышленных рыночных субъектов без Усиления инфляции. В этих целях требуется осуществление специальных нормативных мер, включающих в себя: меры (или механизмы) кредитной Политики, совершенствование финансирования государственных инвестиций, активизацию фондового рынка.
Современный экономический рост характеризуется ведущим значением научно-технического прогресса и интеллектуализацией основных факторов производства. На долю новых знаний, воплощаемых в технологиях, оборудовании, образовании кадров, организации производства в развитых странах, приходится от 70 до 85 % прироста ВВП. Внедрение нововведений стало ключевым фактором рыночной конкуренции, позволяя передовым фирмам добиваться сверхприбылей за счет присвоения интеллектуальной ренты, образующейся при монопольном использовании новых более эффективных продуктов и технологий.
В геополитической конкуренции еще более усиливается значение научно-технического прогресса, способности к внедрению новых технологий. Возрастает роль человеческого фактора в организации производства. Страны, не способные обеспечить необходимый уровень образования населения, развития науки и качества информационной среды, будут обречены на углубление зависимости от внешних финансовых и информационных центров и сохранят за собой главным образом функции источника природного сырья и человеческого материала для транснациональных корпораций из развитых стран, концентрирующих глобальный интеллектуальный потенциал.
Глобальная конкуренция ведется уже не столько между странами, сколько между транснациональными воспроизводственными системами, каждая из которых объединяет, с одной стороны, национальные системы образования населения, накопления капитала, организации науки соответствующих стран и, с другой стороны, производственно-предпринимательские и финансовые структуры, работающие в масштабах мирового рынка. Несколько таких систем, тесно связанных друг с другом, определяют глобальное экономическое развитие.
Транснациональные корпорации, связанные с ядром мировой экономической системы, уже сегодня контролируют более половины оборота мировой торговли и финансов, наиболее прибыльные отрасли экономики разных стран, включая добывающую и наукоемкую промышленность, телекоммуникации, производственную инфраструктуру. Многие ТНК превосходят по своему экономическому обороту крупные страны, подчиняют своему влиянию правительства, решающим образом воздействуют на формирование международного права и на работу международных институтов. Ведущие 500 транснациональных корпораций охватывают свыше трети экспорта обрабатывающей промышленности, 3/4 мировой торговли сырьевыми товарами, 4/5 торговли новыми технологиями, обеспечивают работу десяткам миллионам человек практически во всех странах мира.
Концентрация транснационального капитала и производства достигла качественно нового уровня, позволяющего говорить о становлении нового мирового порядка, в котором определяющую роль начинают играть международный капитал, транснациональные корпорации и международные организации, связанные с ядром мировой экономической системы. Не входящие в него страны образуют периферию, лишенную внутренней целостности и возможностей самостоятельного развития. Отношения между ядром и периферией мировой экономической системы характеризуются неэквивалентным экономическим обменом, при котором находящиеся на периферии страны вынуждены оплачивать интеллектуальную ренту, содержащуюся в импортируемых товарах и услугах, за счет природной ренты и затрат труда, содержащихся в экспортируемых сырьевых и низкотехнологических товарах.
Глобальное экономическое развитие определяется сочетанием двух противоречивых тенденций: подчинением мировой экономики интересам транснационального капитала, с одной стороны, и конкуренцией национальных экономических систем - с другой стороны. Эти тенденции переплетаются, создавая в каждой стране уникальное сочетание внешних и внутренних факторов. Разнообразие этих сочетаний простирается от полной зависимости периферийных стран, в экономике которых безраздельно доминирует транснациональный капитал, до мощных национальных экономических систем Японии, Китая, США, Франции, Германии, в которых экономическая политика государства определяется интересами национального капитала и отечественных товаропроизводителей.
Формирование экономической модели каждой страны идет в сложной и весьма острой борьбе за контроль над институтами государственной власти между представителями транснационального и национального капитала, международными институтами и национальной элитой. У них разные, часто противоположные интересы, ценности, инструменты воздействия на экономику.
Транснациональный капитал стремится к тотальному контролю над мировым рынком и каждой его страновой составляющей, стиранию экономических, культурных и политических границ между нациями, подчиняя своим интересам конкурентные преимущества каждой их них, формируя удобную для себя глобальную информационную, правовую и даже силовую инфраструктуру. Обслуживающие его интересы международные институты стремятся к доминированию над национальными государственными институтами, устранению каких-либо препятствий на путях международного движения капитала, товаров, рабочей силы. Повсеместным политическим требованием структур, обслуживающих ядро мировой экономической системы, является полная либерализация и дерегулирование экономики, устранение инструментов государственного регулирования, исключение самой возможности проведения целенаправленной структурной, промышленной, инвестиционной политики.
В сложившейся ситуации нет альтернативы полной либерализации цен на природное сырье. В подобном случае рентные доходы от их эксплуатации перемещаются в природоэксплуатирующий сектор. Затем путем развития системы арендных отношений и путем установления налогов на эксплуатацию природных ресурсов эти доходы перемещаются из рук пользователя природного сырья в руки его собственника.
Тогда, рассчитав потребность федерального бюджета и бюджетов субъектов федерации в средствах для сглаживания социальных диспропорций в переходный период, а затем, оценив возможные поступления от арендных платежей и налогов, взимаемых с природоэксплуатирующих предприятий и собственников природных ресурсов при различных сценариях изменения отношений собственности на естественные ресурсы, можно было бы говорить о наиболее приемлемой стратегии их приватизации и распределении собственности между субъектами Федерации. Для обрабатывающих отраслей налоговое бремя могло бы быть сокращено.
Такая стратегия облегчила бы негативные последствия переходного периода. Природоэксплуатирующий сектор занимает существенную долю в экономике России. Доходы бюджета, приносимые данным сектором, должны быть адекватны этой доле. В ближайшие годы доходы природоэксплуатирующего сектора будут единственным надежным источником госбюджета.
Таким образом, особая роль природоэксплуатирующего сектора в формировании макроэкономических процессов в народном хозяйстве России определяет стратегию преобразования институционального механизма вовлечения природных ресурсов в сферу хозяйственной деятельности. Какова бы ни была стратегия, природный сектор был и остается одним из существенных источников доходов страны. Механизмы ценообразования на природное сырье, политика приватизации природных ресурсов, налоговая политика лишь перераспределяют доходы, приносимые природными ресурсами. Конкретный механизм вовлечения природных ресурсов в сферу хозяйственной деятельности определяет, кто будет получателем доходов.
Мы полагаем, что, по крайней мере, на переходном этапе доля государства в этих доходах должна быть значительной. Для того, чтобы разобраться, какова должна быть доля государственной собственности на естественные ресурсы, какие должны быть налоги, необходим глубокий макроэкономический анализ. Здесь мы лишь поставили проблему и постарались на качественном уровне показать взаимосвязь между доходами от природных ресурсов и расходами государства на поддержание полной занятости. Так как российское общество пока не имеет механизмов социальной адаптации к безработице, государство вынуждено будет поддерживать занятость. Опыт 1992 г. показал, что пока этого удавалось добиться ценой увеличения дефицита госбюджета. Увеличение же его приходной части за счет налогов с обрабатывающих отраслей не дало желаемого результата и привело лишь к гиперинфляции. В использовании доходов, приносимых природоэксплуатирующим сектором, видится нам одно из направлений преобразований российской макроэкономической стратегии.
Как было сказано выше, специфика России определяет необходимость сохранения государственной собственности на существенную долю природных ресурсов, приносящих дифференциальную ренту, чтобы использовать доходы на решение социальных и экономических проблем. Соответственно актуальной является задача управления пользованием данными ресурсами. При этом совершенно неприемлема существовавшая до недавнего времени практика предоставления прав распоряжения природными ресурсами государственным организациям, занимающимся их эксплуатацией. Необходимо создание таких организационных образований, которые не занимались бы хозяйственной деятельностью, а основная их задача заключалась бы в защите интересов собственника природных ресурсов.
В современных условиях механизм управления пользованием минеральных ресурсов ориентирован на развитие рыночных отношений в сфере природопользования. Их становление подразумевает формирование правовых и институциональных условий, адекватных решаемой задаче.
Собственность на природные ресурсы, как мы считаем, должна быть распределена между органами центральной власти, субъектами федерации и муниципалитетами, а компетенция каждого из органов власти определена Законом о недрах, который должен создать законодательную базу властно хозяйственных отношений. Это распределение даст исходную постановку задачи для органов исполнительной власти. В компетенции исполнительной власти, по нашему мнению, должно находиться решение следующих вопросов:
- формирование системы отношений собственности на природные ресурсы;
- учет состояния природных ресурсов, составление их кадастров, динамика потенциала истощаемых ресурсов, анализ процесса воспроизводства и управление этими процессами;
- определение места природных ресурсов в системе формирования затрат и результатов, экономическая оценка природных ресурсов, отражение их как элемента национального богатства в национальном счетоводстве и при определении макроэкономических показателей функционирования экономики.
Отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы должны поступать в специальный фонд для финансирования геологоразведочных работ, плата за пользование недрами - в местные бюджеты и бюджеты субъектов федерации, федеральный бюджет, сбор за лицензии - на финансирование организационной деятельности. Основным каналом изъятия дифференциальной ренты в таком случае становится акцизный налог, дифференцированный по различным добывающим предприятиям.
При передаче в концессию государство должно определить процент своего участия в прибылях от эксплуатации месторождения. Представляется, что в современных условиях наилучший способ определения доли государства - остаточный принцип. Иначе говоря, сначала определяются затраты концессионера, затем к ним добавляется нормальная прибыль и компенсация за риск, остаток будет составлять доход собственника. Конечно, в данном случае предмет переговоров - процент за риск, величина которого должна быть индивидуализирована в зависимости от конкретных условий.
Независимо от того, в чьей собственности будут находиться минеральные ресурсы, государство вправе регулировать процесс их использования, действуя в интересах как общества в целом, так и отдельных собственников.
Общие правила использования минеральных ресурсов должны распространяться в равной мере на всех пользователей, независимо от формы собственности на эксплуатируемый природный объект. Комитет по минеральным ресурсам должен будет разработать эти правила и контролировать их выполнение. Кроме того, собственник ресурса может выдвинуть дополнительные требования по их эксплуатации, которые будут иметь юридическую силу, если будут внесены в договор об аренде, о концессии. По просьбе собственника федеральное правительство может осуществлять контроль за соблюдением этих условий.
Проведение предлагаемых преобразований позволит создать систему институциональных отношений в области использования природных ресурсов, адекватную рыночным отношениям и учитывающую специфику их развития в России»[1].
Целями реструктуризации естественных монополий в отраслях ТЭК является повышение эффективности и инвестиционной привлекательности этих отраслей, снижение издержек потребителей их услуг при условии надежного удовлетворения платежеспособного спроса.
Структурные преобразования в ТЭК должны быть направлены на развитие рыночных отношений и механизмов в сфере топливо- и энергоснабжения, разделение потенциально конкурентных и естественно-монопольных видов деятельности.
Целью структурных преобразований в газовой промышленности является повышение эффективности функционирования и инвестиционной привлекательности отрасли в условиях рыночной экономики и постепенной либерализации газового рынка для обеспечения интересов государства, газовых компаний и потребителей газа.
Структурные преобразования в электроэнергетике должны способствовать эффективности производства, передачи и сбыта электрической энергии на основе сохранения единства и развития сетевой и технологической инфраструктуры рынка электроэнергии, демонополизации и дерегулирования потенциально конкурентных секторов производства и сбыта электроэнергии. Структурные преобразования должны проводиться с учетом технологических особенностей создания единой энергетической системы страны, а также политических, экономических, организационных и других ограничений.
В «Основных положениях энергетической стратегии России на период до 2020 года»[2] подчеркивается, что топливно-энергетический комплекс России всегда играл важную роль в экономике страны. За годы реформ, в связи с более резким падением объемов производства в других отраслях экономики, его роль еще более возросла. Этому в значительной степени способствовали как богатые природные топливно-энергетические ресурсы страны - на территории России сосредоточено 1/3 мировых запасов природного газа, 1/10 нефти, 1/5 угля и 14 % урана - так и созданный за многие годы уникальный производственный потенциал.
В течение прошедшего десятилетия ТЭК в основном обеспечил потребности страны в топливе и энергии, сохранена энергетическая независимость России. Преодолен спад и начался рост добычи нефти и угля, производства электроэнергии, объема и глубины переработки нефти. Производственные структуры ТЭК в результате проведенных структурных преобразований, либерализации и частичной приватизации в значительной мере адаптировались к рыночным методам хозяйствования. В результате проведенных работ по реструктуризации угольной промышленности повысилась ее экономическая эффективность, ликвидируются убыточные неперспективные предприятия. Реализуя основные направления энергетической политики России, утвержденные Указом Президента Российской Федерации от 7 мая 1995 г. № 472 и Основные положения Энергетической стратегии России на период до 2010 г., одобренные Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 мая 1995 г. № 1006, формируются законодательные основы регулирования хозяйственных отношений в энергетическом секторе экономики, определяющие условия недропользования, налоговую, инвестиционную политику и принципы ценообразования в ТЭК.
В настоящее время ТЭК является одним из наиболее устойчиво работающих производственных комплексов российской экономики. Он определяющим образом влияет на состояние и перспективы развития национальной экономики: на его долю приходится около 30 % объема промышленного производства России, 32 % доходов консолидированного и 54 % доходов федерального бюджета, 54 % экспорта, около 45 % валютных поступлений.
Вместе с тем в отраслях ТЭК, и особенно, в электроэнергетике и газовой промышленности сохраняются механизмы и условия хозяйствования не адекватные принципам рыночной экономики, действует ряд факторов негативно влияющих на функционирование и развитие ТЭК.
Основными факторами, сдерживающими развитие комплекса, являются:
- высокая степень износа основных фондов: к настоящему времени этот показатель превысил 50 % (а в нефтепереработке – 80 %). Ввод в действие новых производственных мощностей во всех отраслях ТЭК сократился за девяностые годы от 2-х до 6-ти раз;
- тяжелое финансовое положение производственных структур ТЭК (за исключением нефтяных компаний, где в связи с ростом цен на мировом рынке положение улучшилось) из-за недостаточной экономической эффективности производства, высокой налоговой нагрузки, недостатков ценовой политики в регулируемой государством сфере;
- продолжающийся дефицит инвестиционных ресурсов во всех отраслях комплекса. В последние 2 года в нефтяной отрасли эта ситуация несколько улучшилась в связи с благоприятной конъюнктурой мировых цен. Предприятия ТЭК в большинстве случаев не имеют достаточных собственных средств не только для расширенного, но даже и для простого воспроизводства;
- деформация ценовых соотношений на взаимозаменяемые энергоресурсы, что привело к структуре спроса на топливно-энергетические ресурсы, характеризующейся чрезмерной ориентацией на газ и снижением доли угля. Как следствие, возникла угроза энергетической безопасности из-за недостаточной диверсификации структуры топливно-энергетического баланса;
- отставание производственного потенциала ТЭК от мирового научно-технического уровня. Доля добычи нефти за счет современных методов воздействия на пласт и доля продукции нефтепереработки, получаемой по процессам, повышающим качество продукции, очень низка. Энергетическое оборудование, используемое в газовой и электроэнергетической отраслях, неэкономично. В стране практически отсутствуют прогрессивные парогазовые установки, установки по очистке отходящих газов от окислов серы, крайне мало используются нетрадиционные возобновляемые источники энергии, оборудование угольной промышленности устарело и технически отстало, недостаточно используется потенциал атомной энергетики. Все это снижает экономические показатели производства энергоносителей и увеличивает техногенную нагрузку на окружающую среду;
- отставание развития и рост затрат на освоение перспективной сырьевой базы добычи углеводородов и особенно газовый промышленности;
- отсутствие рыночной инфраструктуры и цивилизованного, конкурентного энергетического рынка. Хозяйственно-производственные структуры требуют дальнейшего рыночного реформирования в направлении повышения реальной конкуренции. Не обеспечивается необходимая прозрачность хозяйственной деятельности субъектов естественных монополий, что негативно сказывается на качестве государственного регулирования их деятельности на рынке товаров и услуг и на развитии конкуренции в этой сфере;
- произошедшая приватизация существенной части собственности в ТЭК пока не обеспечила ожидаемого повышения эффективности функционирования производственных структур комплекса, что в большой мере связано с незавершенностью формирования в стране рыночной инфраструктуры, цивилизованных рыночных механизмов и соответствующей законодательной базы, (а также с неплатежами за продукцию);
- высокая энергоемкость экономики, в 3-4 раза превышающая удельную энергоемкость экономики развитых стран. Основой такого положения является сформировавшаяся еще до начала экономической реформы тяжелая энергоемкая структура промышленного производства и нарастающая технологическая отсталость энергоемких отраслей промышленности;
- сохраняющаяся высокая нагрузка на окружающую среду от топливно-энергетической деятельности. Несмотря на произошедшее снижение добычи и производства топливно-энергетических ресурсов, отрицательное влияние ТЭК на окружающую среду остается высоким, и его доля сохраняется примерно на сложившемся уровне;
- высокая зависимость нефтегазового сектора и угольной промышленности России и, как следствие, доходов государства от состояния и конъюнктуры мирового энергетического рынка;
- высокая аварийность оборудования, обусловленная старением основных фондов, отсутствием побудительных стимулов и низкой производственной дисциплиной персонала, недостатками управления. В связи с этим возрастает возможность возникновения чрезвычайных ситуаций в ТЭК;
- отсутствие развитого и стабильного законодательства, адаптированного к условиям и специфике функционирования предприятий ТЭК.
В годы реформ ТЭК явился «донором» бюджета и многих отраслей экономики, но в результате и сам оказался «заложником» экономических проблем, вызывающих в совокупности угрозу энергетической безопасности страны.
Основными факторами, которые будут определять развитие ТЭК в начале XXI века, являются:
- динамика спроса на топливно-энергетические ресурсы и углеводородное сырье внутри страны, обусловленная темпами роста национальной экономики и ее удельной энергоемкостью;
- состояние мировой энерго-экономической конъюнктуры;
- масштабы внедрения ресурсо- и энергосберегающих технологий, как в самом энергетическом секторе, так и в других отраслях экономики;
- формирование благоприятного инвестиционного климата, что предполагает совершенствование законодательства в области налоговой, ценовой и таможенной политики;
- гармонизация отношений энергетики и природы, учитывая, что ТЭК сегодня является крупнейшим загрязнителем окружающей среды;
- модернизация научно-технического потенциала ТЭК, а затем – переход к энергетике будущего (водородная энергетика, топливные и химические энергоэлементы и др.).
[1] См.: Голуб А.А., Струкова Е.Б. Экономические методы управления природопользованием. - М.: Наука, 1993.- С. 109 – 113.