Как известно, роль законодательной власти во взаимоотношениях с судебной властью в первую очередь, определяется их конституционным статусом. Правительство действует в рамках системы разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную, причем все ветви власти действуют самостоятельно, т.е. “существуют как отдельные самостоятельные подсистемы единой системы государственной власти. Поэтому задача состоит в том, чтобы выделить власти и связать их одновременно, но не отделить и изолировать. Если какая - либо из властей переходит грань от самостоятельности в единстве к полной независимости по отношению к другим властям, когда власть старается любой ценой удержать монополию на определенные государственные функции, то это может повлечь за собой распад государственного единства”.
В подлинно демократическом государстве, способном не на словах, а на деле обеспечить процесс обратного “поглощения” государственной власти обществом, единым и единственным носителем всей власти в государстве становится народ в целом. Здесь именно он выступает в качестве суверенного обладателя государственной власти, которая принадлежит ему в полном объеме.
Отечественный конституционализм исходил и исходит из принадлежности всей власти в государстве народу. Подобные нормы существовали в предшествующих Конституциях государства (1936 г. и 1977 г.), аналогичное положение сохранилось и в Конституции РФ, действовавшей до 1993 г. Современная Конституция РФ содержит положения о многонациональном народе как о носителе суверенитета и единственном источника государственной власти в России. Но если прежде концепция народовластия служила юридическим прикрытием фактически осуществляющейся тоталитарной власти, то ныне закрепление народовластия служит лишь конституционной установкой на обеспечение подлинно демократической государственной власти, которая приобретает характер народовластия.
На деле концепция народовластия ранее ничем не обеспечивалась, поскольку в стране имелась другая, действительно реальная власть, носителем которой были не государственные, а партийные структуры. Сейчас выдвижение народовластия в качестве одной из “незыблемых основ” конституционного строя имеет в значительной степени программный характер. Само наличие в Российской Федерации сильной исполнительной власти в виде единой, согласованно действующей вертикали сверху донизу, усиленной к тому же новыми полномочиями Президента, закрепленными в Конституции, позволяет рассматривать народовластие лишь как идею, за которой пока, во всяком случае, в период экономической реформы скрывается авторитарная по своему характеру власть. Для нее воля народа, выраженная через представительную систему и даже получившая воплощение в актах референдума, подчас не имеет принципиального значения и не служит руководящим ориентиром. В лучшем случае она имеет консультативный характер, что позволяет в ряде моментов игнорировать ее проявление в процессе принятия решений. Здесь должно быть обеспечено важнейшее суверенное право народа - право контроля за работой государственных органов с помощью судебной власти, что признавалось и ранее, но практически не осуществлялось.
Исполнительные органы не должны заниматься нормотворчеством, но должны действовать во исполнение закона и в рамках бюрократических процедур, регламентированных законом. Законность любого правительственного нормативного акта может быть оспорена гражданином в судебном порядке. Легитимация правительственного нормативного акта судебной процедурой правоприменения придает ему силу подзаконного акта и подтверждает его законность.
Суд должен быть независим от любых органов исполнительной власти, включая Министерство юстиции Российской Федерации. Всем известно, что институт исполнения решений судов общей юрисдикции и арбитражных судов ранее находился в ведении судов и работа судебных исполнителей контролировалась судьями районных (городских) судов. Вступление в законную силу федеральных законов “О судебных приставах” и “Об исполнительном производстве” позволило осуществить принцип разделения властей. Не свойственная судам функция по руководству и контролю за работой судебных исполнителей ушла под юрисдикцию Минюста России - исполнительной власти. Разделение исполнительной и судебной власти связано и с введением в действие федерального закона “О судебном департаменте при Верховном Суде РФ”, согласно которому функции Минюста РФ в части организационного и материально - технического обеспечения судов переходят Судебному департаменту.
Такое разделение исполнительной и судебной власти не случайно. Должность судьи должна быть не только властной, но и авторитетной, почетной, должна цениться в обществе выше чем любая правительственная должность.
Любые формы соединения судебной власти с исполнительной извращают назначение судебной процедуры, фактически подменяют разрешение спора формально равных сторон властно - приказным регулированием интересов.
Четвернин указывал, что необходимыми предпосылками независимости суда от.
1) автономная самоуправляющая ассоциация судов (но не судей), осуществляющая все организационно - техническое обеспечение органов правосудия,
2) соответствующий правовой статус самих судей. Независимость судебной власти от исполнительной возможны только в нормальном гражданском обществе, в котором господствуют отношения свободного эквивалентного обмена и в котором судья не нуждается в “опеке” со стороны распределяющей бюрократии уже хотя бы потому, что за свою деятельность он получает материальное вознаграждение.
Эти принципы разделения властей имеют непосредственное отношение к гарантиям свободы, самостоятельности и собственности.
Власть должна принадлежать органам народного представительства (власть формировать общие правила должного) и суду (власть устанавливать право в конкретных случаях), т.е. органам, которые непосредственно не обладают институциональной принудительной силой. Отсюда верховенство законодателей в системе институтов демократического конституционного государства и обязательность судебных решений для правительственно - административных органов любого ранга.
Таким образом, исполнительная власть необходима для исполнения законодательных и судебных актов.
Выделим наиболее типичные взаимоотношения исполнительной и судебной власти:
1) контрольные, так как суды, осуществляя судебную власть и рассматривая дела, призваны обеспечивать контроль за законностью в стране, гарантировать приоритет прав и свобод человека и пресекать любые их нарушения.
Право на обращение в суд и судебный контроль принадлежат каждому. Обжаловать можно акты индивидуального и общенормативного характера, коллективные и единоличные решения и действия (или бездействия). Процедура обращения в суд регулируется законом РФ “Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан” от 27.04.93 г. Согласно этому закону гражданин обращается в суд по месту своего жительства или по месту нахождения органа (должностного лица), действия которого обжалуются. Жалобы рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства, суд вправе приостановить исполнение обжалованного решения.
Существенным дополнением к закону от 27.04.93 г. явился Федеральный закон от 14.12.95 г. “О внесении изменений и дополнений в закон РФ “Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан” и включение в него нормы о праве каждого получить и об обязанности должностных лиц предоставить возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими права и свободы человека и гражданина, если нет установленных федеральным законом ограничений на информацию, содержащуюся в этих документах и материалах.
К официальной информации относятся сведения в письменной или устной форме, повлиявшие на осуществление прав и свобод человека и предоставленные в адрес государственных органов, органов местного самоуправления, учреждений, предприятий и их объединений, общественных объединений, должностных лиц, совершивших действия (принявших решения), с установленным авторством этой информации, если она признается судом как основание для совершения действий(принятия решения).
Указанные сведения могут касаться прав и свобод, закрепленных в Конституции, законах и других нормативных актах, а также в актах индивидуального характера о назначении, например, пенсии, предоставлении льгот по оплате жилья и т.п. Это могут быть сведения, приведшие к ограничению права собственности, жилищных, трудовых, избирательных прав, затрагивающие достоинство личности, свободу передвижения и др.
Каждый вправе обжаловать как названные действия и решения, так и послужившую основанием для совершения действий (принятия решений) информацию либо то и другое одновременно.
Ш. обжаловал бездействие исполнительной власти Санкт - Петербурга, в результате которого не реализуется его права, предусмотренные законом “О ветеранах” от 12.01.95 г. Определением судьи Санкт - Петербургского горсуда в принятии заявления было отказано 11.08.93 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение и указала: “Отказ гражданину в принятии заявления о бездействии органов исполнительной власти, в результате чего не осуществляется реализация предоставленных ему прав, противоречит ст. 46 Конституции РФ”.
Таким образом, обжалование действий органов как законодательной, так и исполнительной власти в судебной практике не редкость. Так, например, решением Ставропольской городской думы ? 141 от 29.07.99 г. “Об упорядочении льгот на проезд в муниципальном пассажирском транспорте в 1999 году” было приостановлено действие федеральных законов, предоставляющих гражданам льготы в виде бесплатного проезда в городском пассажирском транспорте. Прокурор г. Ставрополя обратился в суд и решением Октябрьского райсуда г. Ставрополя от 08.09.99 г. признаны недействительными п.п. 1; 1,1; 3 указанного выше решения Ставропольской городской думы и отменено в этой части.
2) Исполнительные, т.к. исполнительная власть необходима, как отмечалось выше, для исполнения законодательных и судебных актов, что выражается в обязанности органов исполнительной власти, возникшую на основании содержащегося в таком акте приказа, направленного к этим органам. Исполнимость законодательных и судебных актов задерживается осуществлением до вступления акта в действие (решения - в законную силу), то есть до приобретения им свойства неизменяемости, обеспеченную недопустимостью обжалования и исключительностью решения.
Немаловажной проблемой для судебной власти остается в частности исполняемость именно судебных решений. Неоднократно указывалось, что возмещение ущерба, взыскания с должников по всей территории России не достигает и половины сумм назначаемых судами. В зависимости от правильности исполнения Службой Главного судебного пристава РФ при Минюсте России решений судов зависит авторитет судебной власти. Неисполнение решений ведет к ущемлению конституционных прав граждан, дискредитирует правовую и судебную систему в стране, осложняет социальную напряженность в обществе.
В связи с вступлением в действие Федерального закона “Об исполнительном производстве” наблюдается тенденция исполнения решений арбитражных судов, где взыскиваются “просто огромные суммы”, из которых служба Главного судебного пристава получает семипроцентное вознаграждение, так называемый исполнительский сбор, идущий на нужды этой службы. И опять мы видим, что взыскателя по алиментам, по возмещению ущерба, причиненного здоровью, и т.д., которые и так социально не защищены, остаются незащищенными судебной и исполнительной системой, поскольку их решения остаются без исполнения.
И здесь существуют правовой вакуум, который не позволяет судебной власти защитить взыскателей от бездействия Службы Главного судебного пристава. 02.04.99 г. Советом судей Российской Федерации принято постановление “О дополнительных источниках финансирования федеральной судебной системы”, согласно которому признано необходимым инициировать внесение изменений в ст. 81 федерального закона “Об исполнительном производстве”, предусмотрев направление исполнительного сбора на обеспечение судебной деятельности.
И вообще существует множество проблем, связанных с исполнением актов законодательной и судебной власти, которые не являются темой настоящей статьи.
3) Охранительные (или обеспечительные) взаимоотношения, заключающиеся в обеспечении установленного порядка деятельности судов. В связи с чем ст. II Федерального закона от 21.07.97 г. “О судебных приставах” судебный пристав по обеспечению установленного порядка деятельности судов:
- обеспечивает в судах безопасность судей, заседателей, участников судебного процесса и свидетелей;
- выполняет распоряжения председателя суда, а также судьи или председательствующего в судебном заседании, связанные с соблюдением порядка в суде;
- исполняет решения суда и судьи о применении к подсудимому и другим гражданам предусмотренных законом мер процессуального принуждения;
- обеспечивает охрану зданий судов, совещательных комнат и судебных помещений в рабочее время;
- проверяет подготовку судебных помещений к заседанию, обеспечивает по поручению судьи доставку к месту проведения судебного процесса уголовного дела и вещественных доказательств и сохранность;
- поддерживает общественный порядок в судебных помещениях и т.д.
4) Процессуальные взаимоотношения, которые близки и в некоторой степени совпадают с контрольными. Но мы бы к ним отнесли непосредственно обжалование постановлений судебных приставов-исполнителей, которое предусмотрено законом “Об исполнительном производстве”. Процессуальный порядок обжалования в настоящее время законодательством не предусмотрен.
Поэтому судами (федеральными) рассматриваются в порядке ст. 428 ГПК РСФСР жалобы на действия (бездействия) судебных приставов - исполнителей. Подобные жалобы в соответствии с Федеральным законом “О судебных приставах” рассматривает в порядке подчиненности главный судебный пристав субъекта РФ, но в отличие от суда он не может признать действия судебного пристава - исполнителя законными или законными, а только высказать свое мнение по данному вопросу.
Завершая характеристику взаимоотношений судебной власти с законодательной и исполнительной в свете принципа разделения властей, мы говорим о государственной власти РФ не как о простом разграничении компетенции между органами государства, а системе мер, обеспечивающих полновластие народа в указанной сфере. Такими мерами являются распределение областей руководства общественными делами между различными организациями властвования, разграничение властных функций между ними с помощью конституционного законодательства. Это способствует наиболее рациональному осуществлению суверенитета народа, в результате чего общая воля суверенного народа не расщепляется, а соответствующим образом организуется для ее наиболее полного воплощения в процессе осуществления государственной власти.
От организации работы, форм и методов влияния зависит эффективная деятельность любого звена.
Таким образом, судебная власть выступает именно как власть, а не как система судебных органов с их полномочиями. И на данном этапе стоит не только теоретическая, но и важная практическая задача: “создать сильную авторитетную судебную власть, связанную с превращением системы судебных органов в судебную власть, которая станет хранительницей гражданского мира, прав и свобод человека, будет обеспечивать законность и справедливость в обществе. Именно в этих сферах общественной жизни судебная власть не только не должна уступать двум другим властям в авторитете и действенности, но с позиций защиты прав человека, принципов демократии и законности призвана оценивать и направлять их деятельность, сдерживая и ограничивая пределами закона представительные и исполнительные органы государства”.
Конституция России (ст. 18) раскрывает роль правосудия в системе разделения властей: если деятельность законодательной и исполнительной властей, местного самоуправления определяется характером, необходимостью осуществлять и гарантировать права и свободы человека и гражданина, то именно на правосудие ложится их реальное обеспечение.
Данная закономерность и ранее находила отражение в литературе. В.С.Нерсесянц, исследуя вопросы судебной реформы, полагал, что необходимые условия нормального осуществления функций правосудия - это последовательность проведения в жизнь принципа разделения властей. Без этого суд и правосудие будут неизбежно находиться под неправовым давлением, и не может быть обеспечена независимость суда. Действительная реформа суда возможна в том случае, если в своей правосудной деятельности он будет связан только правом, правовым законом и независим от должностных лиц и органов законодательной и исполнительной власти. Особое значение имеет независимость суда от исполнительной власти в области обеспечения прав человека. Исследуя вопросы реализации прав человека структурами исполнительной власти, В.А.Туманов отмечал, что в чисто юридическом плане роль исполнительной власти в отношении прав человека должна уступать роли законодательной и судебной ветвей. Современная оценка основной цели судебной реформы также сводится к созданию независимой судебной власти, способной ограничивать произвол других ветвей государственной власти, надежно защищать права личности и гражданина общества при внедрении эффективных способов и социального контроля за деятельностью суда, что бесконтрольность любой ветви власти неизбежно приводит к произволу.